Продажа Аляски как крупнейшая политическая и экономическая ошибка России

30 марта 1867 года – одна из самых печальных дат в истории нашей страны. В этот день был подписан договор о продаже Россией США территорий в Северной Америке – на полуострове Аляска, Алеутских и других островах в северной части Тихого океана.

Эти суровые в природном отношении обширные пространства площадью более 1,5 млн кв. км были открыты российскими промышленниками еще в начале XVIII века и затем за 100 с лишнем лет с большими трудностями и жертвами освоены. В конце XVIII века последователями и родственниками Григория Шелихова была основана Российско-Американская компания (РАК), которая фактически монопольно управляла этими территориями, включая в первой половине XIX века и владения в Северной Калифорнии, Орегоне, Вашингтоне и даже на Гавайях. К русскому образу жизни было приучено местное алеутское и индейское население, в чем важную роль сыграла православная церковь.

Наибольшая роль в развитие тихоокеанских промыслов в ХУШ в. принадлежала вологодским и иркутским купцам. Вначале наиболее активными были купцы Вологодской губернии Холодиловы, Нератовы, Пановы, организовавшие свои компании на Тихом океане, в которых принимали участие жители городов Тотьмы, Устюга Великого, Вологды, Архангельска, Каргополя. С историей становления РАК неразрывно связаны имена одного из правителей Главной конторы компании зятя Г.И.Шелихова великоустюжского купца М.М. Булдакова, первого правителя Русской Америки, каргопольского купца А.А.Баранова, его сподвижника, основателя Форта Росс тотемского купца И.А.Кускова. 

С середины XVIII в. основным центром формирующихся заокеанских колоний России – Русской Америки - становится Иркутск. Здесь возникали купеческие компании, заключались торговые сделки, набирались команды промыш¬ленников и мореходов. Сотни иркутских жителей участвовали в замор¬ских вояжах на судах различных промысловых компаний. Иркутское купечество вкладывало капи¬тал в создание промысловых компаний на Тихом океане: И.Бечевин, Н.Трапезников, позднее М.В.Сибиряков, Н.П.Мыльников, Ф.Я.Дудоровский, братьев Киселевы и многие другие. Вместе с купцами из других российских городов они открыли и освоили острова Командорские, Алеутские, Прибылова, а также побережье и острова залива Аляска. Именно в Иркутске проявился предпринимательский талант и государственное мышление рыльского купца Г.И.Шелихова, объединившего вокруг себя большинство предпринимателей. Иркутяне приняли самое активное участие в создании РАК: из 20 человек, подписавших Акт о создании объединенной компании, 14 принадлежали к богатым и влиятельным в Иркутске купеческим фамилиям. Здесь же первоначально в самом центре города размещалась главная кон¬тора РАК; это здание сохранилось до настоящего времени, и всм нем целесообразно открыть музей Русской Америки. Иркутск сыграл заметную роль в подготовке миссионерских кадров для новых колоний. Православным подвижником Русской Америки стал Св. Иннокентий Вениаминов (Иван Попов), по праву названный апостолом Америки и Сибири. 

Потеря Аляски особенно резко отозвалась на столице Восточной Сибири, фактически стала переломным моментом в судьбе тысяч ее жителей. Началось падение экономической и политической роли Иркутска, которое, к сожалению, продолжается и до сих пор. Поэтому есть смысл вернуться еще раз к этим давним временам, рассмотреть разнообразные последствия этого события, в контексте напрашивающихся параллелей с днем сегодняшним.

Появление идеи о продаже Русской Америки и ее обоснование

История продажи русских владений в Северной Америке достаточно хорошо известна и описана [1 и др.], однако есть смысл кратко напомнить основные события.

Считается, что первый «звоночек» прозвучал еще в 1841 г., когда русские покинули Форт Росс в Калифорнии, 200 лет со дня создания которого отмечалось 2012 году. Однако следует напомнить, что еще в 1818 г. Россия отказалась от возможности укрепиться на Гавайских островах, которая была вполне реальной.

Весной 1853 г. генерал-губернатор Восточной Сибири Н.Н. Муравьев представил Николаю I записку, в которой изложил свои виды о необходимости укрепления позиций империи в указанном регионе, будущей судьбе русских владений в Северной Америке и важности тесных отношений с Соединенными Штатами. Фактически он первый начал внедрять в высшие сферы идею, что с американского континента придется уйти: «Нам нельзя не иметь в виду, что рано или поздно придется им уступить североамериканские владения наши ... но, уступая мирно, мы бы могли взамен получить другие выгоды от американцев» [цит. по 1, с.370]. Обидно, что именно один из выдающихся иркутских деятелей причастен к уходу России с заморских территорий и, как следствие, к началу «заката» Иркутска. Но нельзя забывать, что главной идеей записки Н.Н. Муравьева было совсем не это, а конкретные предложения по укреплению позиций России на р. Амур и на острове Сахалин, что было главным делом его жизни, и он считал более важном сосредоточить усилия и ресурсы на этом. Кстати, именно РАК в результате было поручено «занять остров Сахалин на тех же основаниях, как она владела другими землями, упомянутыми в ее привилегиях, с тем чтобы не допускать на Сахалине никаких иностранных заселений» [там же]. Что же касается ухода с Аляски, то известна позиция Николая I (правда, высказанная не по этому поводу): не одной пяди русской земли не отдавать; где флаг российский поднят, опущен он быть не может!

Между тем произошли важные события: началась Крымская война России с Англией и Францией, Николая I сменил Александр II. Однако вопрос о заморских владениях продолжал обсуждаться, главным образом в контексте опасности захвата их Англией. В связи с этим даже были подготовлены документы о фиктивной уступки этих территорий США, чтобы не пустить туда Англию [1]; переговоры с сенатором Гвином и госсекретарем Марси проводил российский посланник Э. Стекль, сыгравший важную роль во всех последующих событиях. Впрочем, сделка не понадобилась, РАК заключила договор с соседней английской Компанией Гудзонова залива, продлила договор с Американо-русской торговой компанией в Сан-Франциско и обеспечила себе безопасность и торговые перспективы. Однако идея о возможном приобретении новых территорий уже попала на благодатную почву США, обсуждалась в газетах. 

В это время в России решающими оказались субъективные обстоятельства: идея о возможности продажи Русской Америки США «овладела» братом царя, Великим князем Константином, который и довел ее в течение 10 лет до логического завершения. Уже в письме из Ниццы в марте 1857 г. министру иностранных дел А.М. Горчакову он писал, ссылаясь на стесненное положение государственных финансов и трудности с сокращением бюджета морского министерства: «Продажа эта была бы весьма своевременна, ибо не следует себя обманывать и надобно предвидеть, что Соединенные Штаты, стремясь постоянно к округлению своих владений и желая господствовать нераздельно в Северной Америке, возьмут у нас помянутые колонии, и мы не будем в состоянии воротить их. Между тем эти колонии приносят нам весьма мало пользы, и потеря их не была бы слишком чувствительна и потребовала только вознаграждения нашей Российско-американской компании [цит. по 1, с.378].

В дальнейшем обсуждение проблемы шло по двум основным линиям. Часть ответственных чиновников поддерживала Константина, который развивал свои идеи: «Североамериканские Штаты, следуя естественному порядку вещей, должны стремиться к обладанию всей Северной Америкой, и поэтому рано или поздно встретятся там с нами, и не подлежит сомнению, что овладеют нашими колониями, даже без больших усилий...» [ цит по 1, с. 382]. Им противостояла более осторожная «партия» во главе с главой МИД Горчаковым, которые, не вступая в конфликт с братом царя, говорили о нецелесообразности продажи в ближайшее время, об опасности разрушения существующих международных договоров, о необходимости очень тщательной подготовки к решению проблемы. А.М. Горчаков, в частности, полагал, что если уж продавать русские владения в Америке, то инициатива должна исходить от американского кабинета в Вашингтоне, а не от царского правительства в С.-Петербурге Эта линия поведения на время победила: Александр II отложил решение.

Вскоре Соединенным Штатам стало не до покупки Аляски: в апреле 1861 г. началась Гражданская война. Как считал Э. Стекль, из-за сложившегося в США положения никаких переговоров о продаже русских владений вести уже невозможно. Судьба, казалось, благоприятствовала РАК: был поднят вопрос уже не о продаже, а о продлении ее привилегий на новый срок, что и решилось в 1866 г. Государственный совет утвердил «главные основания» нового устава РАК, а правлению компании удалось даже получить от правительства дополнительные льготы: ежегодное из государственного казначейства пособие по 200 000 рублей и снять с нее долг казне в размере 725 000 руб. Однако это в конечном итоге сыграло отрицательную роль: финансовые дела государства были не блестящи, требовались иностранные заимствования, и РАК легла дополнительным бременем на бюджет. К тому же Гражданская война в США закончилась, и к переговорам можно было вернуться.

Принятие решения о продаже Аляски и его осуществление

К вопросу о продаже Аляски вернулись осенью 1866 г., после приезда из США Стекля, опять-таки по инициативе Великого князя Константина. К решению вопроса был привлечен министр финансов М. Рейтерн, который полностью поддержал Константина по необходимости снять с государства бремя финансовой поддержки РАК и особо подчеркивал несостоятельность Российско-американской компании в ее практических действиях. Последнее было преувеличением, но имело под собой и некоторые основания: дела РАК в последние десятилетия шли отнюдь не блестяще ввиду исчерпания запасов пушнины, неудачи ряда коммерческих сделок, а также недостаточно компетентного управления, осуществляемого с начала 1830-х гг. не промышленниками, а назначаемыми правительством морскими офицерами. Не вызывало восторга и монопольное положение РАК. 

В итоге Горчаков был вынужден согласиться с доводами Константина, Рейтерна и Стекля. Историческое решение было принято 18 декабря на секретном заседании в МИД России на Дворцовой площади Санкт-Петербурга, в котором участвовало 6 человек: Александр II, Константин, Горчаков, Рейтерн, Стекль, а также морской министр Н.Краббе. Стеклю было поручено предложить правительству США купить заокеанские российские территории за сумму не менее 5 млн долларов. Барон справился с этим заданием в рекордно быстрые сроки и даже перевыполнил его, поскольку итоговая сумма сделки составила 7,2 млн долларов. Для правительства США и президента Джонсона это предложение в определенной степени было неожиданным, но они быстро поняли всю его выгодность. Главную роль в этом сыграл государственный секретарь У.Сьюард. Поздно вечером 30 марта Стекль получил разрешение на подпись документов на продажу от Александра II, и в ту же ночь документы были готовы, а к утру подписаны. В относительно короткое время документы прошли утверждение в законодательных органах США, и эта страна получила в свои владения огромную территорию, а Россия в октябре 1867 г. навсегда ушла с американского континента. 

Договор является настолько кратким, что основные положения его нетрудно процитировать [2].

Договор о продаже Россией полуострова Аляска Соединенными Штатами Америки

18 (30) марта 1867 г. 

Ст. 1. Е. в. имп. всерос. сим обязуется уступить Соединенным Штатам... всю территорию с верховным на оную правом, владеемую ныне его величеством на Американском материке, а также прилегающие к ней острова. Сказанная территория заключается в нижеозначенных географических границах, а именно: восточною границею служит линия разграничения между российскими и британскими владениями в Северной Америке, как таковая линия постановлена конвенциею, заключенною между Россиею и Великобританиею 16/28 февраля 1825 года...Западная граница... проходит через точку в Беринговом проливе под 65 градусов и 30 минут северной широты в ее пересечении с меридианом, опзделяющим на равном расстоянии острова Крузенштерна... от острова Ратманова.., и направляется по прямой линии безгранично к северу, доколе она совсем не теряется в Ледовитом океане... Граница... включает в уступленную территорию все Алеутские острова, лежащие к востоку от... меридиана (193 градусов западной долготы).

Ст. 2. Передача одновременно с территорией права собственности на все публичные здания. Церкви, воздвигнутые русским правительством, остаются собственностью членов православной церкви.

Ст. 3. Жители уступленной территории могут по своему желанию возвратиться в Россию в трехгодичный срок, сохраняя свою национальность. Но если они предпочитают оставаться в уступленной стране, то они, за исключением, однако, диких туземных племен, должны быть допущены к пользованию всеми правами.., предоставленными гражданам Соединенных Штатов... Дикие же племена будут подчинены законам и правилам, которые... могут быть постановляемы Соединенными Штатами в отношении к туземным племенам этой территории.

Ст. 6. На основании вышеустановленной уступки, Соединенные Штаты обязываются заплатить... дипломатическому представителю или иному е. в. имп. всероссийским надлежаще уполномоченному лицу, семь миллионов двести тысяч долларов золотою монетою...

Решение высшего руководства страны не сразу стало известно общественности и населению, поскольку долго держалось в секрете – реакция была предсказуемой. И действительно, впервые страна отдала завоеванные потом и кровью 6 % своей территории, причем добровольно. Впервые был спущен российский флаг. В трудном положении оказалась Российско-американская компания и особенно русское население Аляски, насчитывающее к тому времени около 800 человек – они были поставлены перед фактом, многие людские судьбы оказались сломлены. 

Различные мнения по этой важнейшей для истории страны проблеме были даже в МИД. Показательны является архивный документ, подготовленный молодым сотрудником указанного департамента Ф. Р. Остен-Сакеном вечером того же дня [цит. в сокр. по 3].

«Доводы в пользу продажи наших американских колоний заключаются, сколько известно, в следующем: 

1) Совершенная для России бесполезность этих колоний. 

2) Опасения, что рано или поздно они у нас будут отняты. 

3) Выгоды получить за них довольно значительную сумму денег. 

По первому доводу: 

В состоянии ли мы в настоящее время составить себе определенное понятие о том, могут ли эти колонии быть полезны России или нет? В продолжении 70 лет колонии эти находились в исключительном распоряжении безжизненной компании, единственная заслуга которой в отношении к России заключалась в том, что ее существование служило как бы внешним знаком нашего владения и этим воспрепятствовало посторонним державам занять никем не занятое место. В настоящее время правительство, убедившись наконец в несостоятельности Компании, приступило к преобразованию существующего в колониях порядка вещей. Разве правительство уже теперь отчаивается в успехе ответа, задуманного еще в 1860 году, но не приведенного в исполнение? Из бесполезности Компании можно ли выводить заключение о бесполезности самой земли, которою она заведовала и о которой мы положительно ничего не знаем, за исключением отрывочных сведений, дошедших до нас большей частью через руки той же самой Компании. 

По второму доводу: 

Положение наших американских колоний в мире политических отношений может быть названо особенно выгодным. История расширения тамошних владений русских, английских, американских всего лучше разъясняет нам, почему нас уже давно не вытеснили из Северной Америки. Если ознакомиться с историей постоянного соперничества между Англией и Америкой на северо-западном берегу Америки в течение нынешнего столетия, то становится, каким образом ничтожная власть нашей Компании могла уцелеть подле таких могучих соседей. Этим соперничеством, кажется, только и можно себе объяснить выгодные (сравнительно) трактаты 1824 и 1825 годов, а также конвенцию о нейтралитете во время последней войны. Пока существует нынешний порядок вещей в Северной Америке, едва ли основательно опасаться захвата наших Колоний другой державой. 

По третьему доводу: 

Если бы сумма, которую мы получим за наши колонии была так значительна, что могла бы покрыть известную часть нашего государственного долга, то конечно приманка была бы сильная. Но несколько миллионов и даже десятков миллионов рублей едва ли имеют государственное значение в империи, имеющей около полумиллиарда ежегодного дохода и расхода и более чем полтора миллиарда долгу. Опасению, более или менее безотчетному по потере колонии через нападение на нас посторонней державы, может, казалось бы, противоречить другое опасение относительно разных недоразумений, невыгоды, дальнейших захватов и т. п., которым мы сможем подвергнуться, если получим нового ближайшего соседа в лице Соединенных Штатов Северной Америки. 

Может быть, эти опасения столь же безотчетны, как первое, но не заслуживают ли некоторого внимания следующие соображения. Через продажу наших американских колоний: 

1. Сложившееся исторически распределение североамериканского материка между тремя великими державами будет нарушено. 

2. В настоящее время для дальнейшего движения американцев все дальше на Запад, вдоль берега Тихого океана существует важная преграда: владения сильной морской державы Англии. Купив наши колонии, американцы разом перешагнут через эту преграду. В состоянии ли мы оказать им какое-либо противостояние на восточных, Сибирских пределах? Ныне существующее благотворное для нас равновесие в северо-западном углу Америки тогда уже будет разрушено безвозвратно. 

Нельзя не заметить, что во всем вышеизложенном представляются только как бы отрицательные достоинства наших американских колоний. Что касается до положительных выгод, то действительно они принадлежат только будущему, но казалось бы, что нынешнее поколение имеет святую обязанность сохранить для будущих поколений каждый клочок земли, лежащей на берегу Океана, имеющего всемирное значение. 

Может быть, если бы этот документ попал в руки участников секретного совещания, решение было бы другим. Хотя это вряд ли … К тому же история не терпит сослагательного наклонения. Тем не менее важно вернуться к последствиям этого события. Можно согласиться с мнением тех, кто и в те далекие годы, и в наши дни считает решение о продаже Аляски крупнейшей ошибкой.

Политические и экономические последствия 

Политические следствия огромны: Россия потеряла возможность фактически главенствовать и в Арктике, и в северной части Тихого океана. Думается, что военные угрозы и со стороны Англии, и со стороны США были явно преувеличены. Статус-кво с этими странами обеспечивалось соглашениями соответственно 1824 и 1825 гг.; территории находились под безусловной российской юрисдикцией, которая никем и не оспаривалась. Геополитическая ситуация была даже более благоприятной, чем в предыдущее десятилетие. США находились в этот момент «на пике» самых доброжелательных отношений с Россией, которая посылкой двух эскадр к американским берегам помогла северянам победить в гражданской войне. Они вполне могло вступить с Россией в союз, противостоящий английской экспансии. Весь ход мировой политики и истории мог пойти по-другому.

США должны быть безмерно благодарны нашей стране за великолепный плацдарм. Его стратегические преимущества были использованы сполна. На Аляске расположен целый ряд военных объектов США, крупнейшим из которых является авиабаза Элмендорф неподалеку от Анкориджа. На ней базируются Аляскинское командование вооруженных сил США, командование Аляскинской зоны НОРАД (воздушно-космической обороны Северной Америки), 11-я воздушная армия США и многие другие подразделения. Рядом с базой Элмендорф, в форте Ричардсон, расположена воздушно-десантная бригада. К тому же обеспечение функционирования этих и многих других военных объектов на Аляске - важная составляющая экономики штата, а федеральное правительство США - один из крупнейших работодателей в штате. 

Еще более рельефны экономические последствия. Сумма сделки оказалась небольшой даже по меркам того времени: менее 5 долларов за 1 кв. км территории. В начале того же века Луизиана была приобретена у Наполеона более чем вдвое дороже - за 15 млн долларов; даже строительство единственного в то время трехэтажного здания окружного суда в Нью-Йорке обошлось дороже аляскинской продажи. По ориентировочным подсчетам А.Ю.Петрова [4], уплаченные 7,2 млн долларов сегодня эквивалентны 7-8 млрд долларов. Это чуть более 1% золотовалютных запасов России в начале XXI века …

Изначальный расчет стоимости Русской Америки принадлежит бывшему правителю Русской Америки (1830 — 1835) и директору Российско-американской компании (1840 — 1849), а затем и военно-морскому министру России адмиралу Ф. П. Врангелю. В основу расчета он положил годовую стоимость акционерного капитала. Но при этом он не преминул заметить, что «богатые угольные запасы, лед, строительный лес, рыба... и превосходные морские порты представляют гражданам Соединенных Штатов такие огромные выгоды, что правительство Штатов не должно бы затрудняться в приобретении этих выгод этой сравнительно незначительной суммой» [цит. по 1, с. 379].

Об упущенной в итоге Россией огромной возможной выгоде говорит тот факт, по что по интегральному природно-ресурсному потенциалу Аляска относится к богатейшим территориям не только США, но и мира. Уже в то время появились предположения о вероятном нахождении на Аляске золотых месторождений, и это не было тайной для царского правительства. Более того, это парадоксальным образом стало одним из аргументов за продажу Аляски: придут американские золотоискатели, а за ними войска – территории не защитить. На самом деле только в 1898 году было найдено золото в районе города Ном, а в 1902 году - в районе современного Фэрбенкса. Сегодня Аляска занимает второе место в США (после Невады) по объемам добычи золота. Значительны запасы и других руд. Штат дает около 8% добычи серебра в Соединенных Штатах Америки. Шахта "Ред Дог" на севере Аляски - крупнейшая в мире по запасам цинка и дает около 10 % мировой добычи этого металла, а также значительные количества серебра и свинца. 

Но главным богатством является нефть, месторождения которой были открыты только в конце 1950-х гг. Сегодня Аляска занимает второе место в США по добыче "черного золота", здесь добывается 20% американской нефти. На севере штата разведаны огромные запасы нефти и газа. Месторождение Прудо-Бэй - крупнейшее в Соединенных Штатах (8% добычи нефти в США). Нефть транспортируется к порту Валдез на южном побережье Аляски по построенному в 1970-х гг. Трансаляскинскому нефтепроводу, длиной почти 1 300 км. Он сооружен из труб диаметром 122 см, его пропускная способность - около 340 000 м3 в сутки. На северо-западе штата огромную территорию занимает Национальный нефтяной резерв - земли, на которых разведаны нефтяные месторождения, но добыча не ведется. В отличие от России, в США думают о будущих поколениях. 

Полезные ископаемые, конечно, составляют основу экономики современной Аляски, но важно подчеркнуть, что она существенно диверсифицирована. В прибрежных водах очень развито промысловое рыболовство. Много лосося, трески, минтая и крабов экспортируется из штата, причем дары моря относятся к тем немногим продуктам, которые дешевле в Аляске, чем в каких-либо других штатах США. На юге штата, на полуострове Кенай и в долине Матанаска, неподалеку от крупнейшего города Аляски Анкориджа, существует ряд фермерских хозяйств. В них выращивают овощи, разводят крупный рогатый скот. На полуострове Сьюард, в западной части штата, хорошо развито оленеводство. 

В последние десятилетия на Аляске активно развивается туризм, в том числе круизный – регион ежегодно посещают сотни огромных комфортабельных лайнеров. Здесь существует национальный парк США Денали общей площадью около 25 тысяч км². На территории парка находится высочайшая вершина Америки — Мак-Кинли (6193 м). Парк посещают более одного миллиона туристов в год.

Все эти богатства могли принадлежать России. Отдельно нужно сказать о прекращении уникального опыта взаимовыгодного взаимопроникновения культур – русской и аборигенной, основанных на единении с природой. Даже спустя полтора века следы этого исторического общения заметны, во многом благодаря существованию Русской православной церкви на Аляске: православные составляют около 13 % населения.

Исторические параллели 

Хотя прошло почти 150 лет, ряд аналогий с современными событиями значителен и удивителен.

1. «Кулуарное», но зато на «высшем» уровне решение важнейших для страны проблем, по-видимому, является отечественной традицией. Судьбу Аляски решило секретное заседание шести человек, судьбу Советского Союза – «тайное вече» троих в Беловежской пуще. В истории страны найдутся и другие примеры недостаточно взвешенных решений, принятых узким кругом, без гласности и демократичности; авторитаризм - характерная черта и современной российской политики. Разителен контраст со США, где даже чтобы гарантировать согласие конгресса на покупку Аляски, России пришлось приложить немалые усилия и средства. 

2. Как уже говорилось, одной из причин принятия решения о продаже стало неумелое управление РАК в последние десятилетия ее существования. Но кто же принял решение о замене правителей Русской Америкой - опытных менеджеров – сибирских промышленников - военными офицерами, которые были преданы Родине и храбры, но далеки от коммерческих забот; к тому же постоянная «чехарда» правителей не способствовала стабильности. Не напоминает ли это последнее российское десятилетие и назначения губернаторов из центра, нередко далеких от понимания специфики региональных проблем? 

3. Уход с Аляски и вообще с северо-западного побережья США и значительной части акватории Тихого океана стало закономерным продолжением тенденции России на изоляцию от морских просторов и проблем. Странно и обидно, что лидером такой политики стал Великий князь Константин, руководивший и военно-морским флотом, и недавно созданным Русским географическим обществом. К сожалению, в постсоветской России продолжение этой тенденции вырисовывалось, в частности, в резком сокращении научно-исследовательского и рыболовного флота и научных исследований, и в итоге - в потере приоритета в добыче морепродуктов и в других направлениях океанического хозяйства. 

4. Рассмотрим еще один важный момент. Уже упоминавшийся выше адмирал Ф.Врангель писал А.Горчакову, что поскольку от прекращения деятельности РАК будет нанесен ущерб Сибири, целесообразно в случае продажи Аляски использовать «проценты с суммы в 3 700 000 руб. серебром для благоустройства побережья Восточной Сибири от р. Амур до Камчатки по предметам, способствующим торговым предприятиям [цит. по 1, с. 379]. Как о самом собой разумеющемся, о приоритете использования средств, полученных от продажи Аляски, для восточных территорий многократно говорил и А.Горчаков. 

Но на самом деле эти средств пошли совсем для другого. Недавно А.Ю.Петровым были найдены архивные документы, дающие ответ на вопрос: куда пошли полученные за Аляску деньги? [4]. Оказывается, их основная часть пошла на строительство железнодорожной сети в Центральной России и приобретение для нее за рубежом движущего состава – своей техники у нас еще не производилось. Конечно, это совсем неплохое вложение полученного капитала. Однако восточным территориям, вложившим огромные людские и финансовые ресурсы в освоение Америки, ничего не досталось. Это вполне согласуется с излюбленными общеполитическими и стратегическими соображениями Константина: Россия «должна всячески стараться укрепляться в центре своем, в тех сплошных коренных русских областях, которые составляют по народности и вере настоящую и главную силу ее, и должна развивать силы этого центра» [цит. по 1, с. 382]. Другими словами, случившееся – достойное воплощение колониальной политики Центра по отношению к восточным территориям. Но ведь она фактически продолжается и сегодня, в том числе в виде проталкиваемой определенными зарубежными и отечественными кругами концепции о целесообразности «сжатия восточного пространства России», связанной с искажением его истинной геоэкономической и геополитической роли. 

5. В заключение – еще об одной претензии к РАК, положенной «в копилку» обстоятельств, способствующих принятию решения о продаже. Речь идет о монополии Компании, о неудачном совмещении административных и торговых функций. Об этом говорил Э. Стекль: «Монополии — это учреждения не нашего века, и на Тихом океане они так же невозможны, как и в любом другом месте. Компания не может продолжать сохранять свои ограничения, не создавая дальнейших затруднений, провоцируя серьезные дискуссии между двумя правительствами и нанося ущерб своим собственным интересам». С этим мнением можно согласиться. Но не являются ли эти слова актуальными и в наше время, когда «сверху» идут предложения о создании корпорации Восточной Сибири и Дальнего Востока, которую предполагается наделить немыслимыми привилегиями? 

Таким образом, суммарные последствия решения о продаже Аляски весьма значительны, и без него ход развития востока России, да и всей страны мог быть совсем иным. Конечно, «сквозь даль времен» судить легче; для принятия ответственного решения у руководства страны были свои весомые аргументы, которые в тот момент и перевесили. Однако извлечь из этой печальной истории уроки, особенно с учетом исторических параллелей, просто необходимо.

Л. М. Корытный

Литература

1. Болховитинов Я.Я. Возникновение проектов продажи Русской Америки (1853-1861) // История Русской Америки (1732-1867). Т.3. Основание Русской Америки. Гл.9. – М.: Международные отношения, 1997. – С. 370-394.

2. Ключников Ю.В., Сабанин А. Международная политика новейшего времени в договорах, нотах и декларациях. Ч. 1. - С. 194-195.

3. http://www.sovsekretnoru/magasine5/articl

4. http://finam.fm/archive-view/525/